Ты давно перестала считать уколы Грудь мертва под острой иглой. И напрасно стараешься быть веселой Легче в гроб тебе лечь живой!..."

Я сказала обидчику: "Хитрый, черный, Верно, нет у тебя стыда. Он тихий, он нежный, он мне покорный, Влюбленный в меня навсегда!"

1912

58

* * *

Не будем пить из одного стакана Ни воду мы, ни сладкое вино, Не поцелуемся мы утром рано, А ввечеру не поглядим в окно. Ты дишишь солнцем, я дышу луною, Но живы мы любовию одною.

Со мной всегда мой верный, нежный друг, С тобой твоя веселая подруга. Но мне понятен серых глаз испуг, И ты виновник моего недуга. Коротких мы не учащаем встреч. Так наш покой нам суждено беречь.

Лишь голос твой поет в моих стихах, В твоих стихах мое дыханье веет. О, есть костер, которого не смеет Коснуться не забвение, ни страх. И если б знал ты, как сейчас мне любы Твои сухие розовые губы!

1913

59

* * *

У меня есть улыбка одна: Так, движенье чуть видное губ. Для тебя я ее берегу Ведь она мне любовью дана. Все равно, что ты наглый и злой, Все равно, что ты любишь других. Предо мной золотой аналой, И со мной серозлазый жених.

1913

60

* * *

Настоящую нежность не спутаешь Ни с чем, и она тиха. Ты напрасно бережно кутаешь Мне плечи и грудь в меха. И напрасно слова покорные Говоришь о первой любви. Как я знаю эти упорные Ненасытные взгляды твои!

1913

61

* * *

Проводила друга до передней. Постояла в золотой пыли. С колоколенки сеседней Звуки важные текли. Брошена! Придуманное слово Разьве я цветок или письмо? А глаза глядят уже сурово В потемневшее трюмо.

1913

62

* * *

Сколько просьб у любимой всегда! У разлюбленной просьб не бывает. Как я рада, что нынче вода Под бесцветным ледком замирает.