М.Лозинскому

Он длиться без конца - янтарный,тяжкий день! Как невозможна грусть, как тщетно ожиданье! И снова голосом серебряным олень В зверинце говорит о северном сиянье. И я поверила, что есть прохладный снег И синяя купеь для тех, кто нищ и болен, И санок маленьких такой неверный бег Под звоны древние далеких колоколен.

1912

68

ГОЛОС ПАМЯТИ

О.А.Глебовой-Судейкиной

Что ты видишь, тускло на стену смотря, В час, когда на небе пооздняя заря?

Чайку ли на синей скатерти воды, Или флорентийские сады?

Или парк огромный Царского Села, Где тебе тревога путь пересекла?

Иль того ты видишь у своих колен, Кто для белой смерти твой покинул плен?

Нет, я вижу стену только - и на ней Отсветы небесных гаснущих огней.

1913

69

* * *

Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться богу, И долго перед вечером бродить, Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи И никнет гроздь ррябины желто-ккрасной, Слагаю я веселые стихи О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь Пушистый кот, мурлыкает умильней, И яркий загорается огонь На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка прорезывает тишь Крик аиста, слетевшего на крышу. И если в дверь мою ты постучишь, Мне кажется, я даже не услышу.

1912

70

* * *

Здесь все то же, то же, что и прежде, Здесь напрасным кажется мечтать. В доме, у дороги непроезжей, Надо рано ставни запирать.

Тихий дом мой пуст и неприветлив, Он на лес глядит одним окном, В нем кого-то вынули из петли И бранили мертвого потом.

Был он грустен или тайно-весел, Только смерть - большое торжество. На истертом красном плюше кресел Изредка мелькает тень его.

И часы с кукушкой ночи рады, Все слышней их четкий разговор.